• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:38 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
23:17 

моим любимым на годовщину

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
И пусть нам не сразу с тобой удалось встретиться,
(Ведь не угадаешь, что в жизни еще подвернется)
Круги набирая, планета моя вертится
Вокруг твоего опаленного жаром солнца,
Мне в счастье такое порой не совсем верится -
Сгорая с тобой от тепла, высыхая от жажды,
Круги набирая, планета моя вертится,
Ведь так это было задумано небом однажды,
И мне так понятно слепое твое притяжение,
Любви повинуясь, я с ним не хочу бороться,
Сбиваясь с орбиты, иду в полусне на сближение
И я не боюсь, что меня обожжет твоё солнце,
Все это - наш мир, наше чистое, наше бесценное,
Я жизни другой не желаю, хочу только эту,
Я знаю, что я не одна замыкаю вселенную,
Что солнце твое так же жаждет мою планету

@темы: я, стихи, гуревичи

12:47 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
мне бы такую любовь, чтобы душу вынула,
чтобы все тело от страсти такой корчилось,
чтоб от нее на луну, как собака, выла я,
чтобы, как рана от выстрела, кровоточила,
чтоб никакие лекарства, молитвы, доводы
не доходили по слуха коварным шепотом
не помогали душе моей в пыль изломанной,
чтобы не есть и не пить и не думать "что потом?",
чтобы не спать, представляя лицо, волосы,
чтоб рассыпаться на части от слов ласковых
чтоб изнывать от звука его голоса,
чтобы срывать перед ним все свои маски, и
чтобы от взгляда краснеть, понемногу плавиться,
чтобы бояться коснуться, но жаждать искренне,
чтобы стараться забыть, но хотеть понравиться,
чтобы лишь он был опорой моей и мыслями.

жизнь эгоиста и плюсов полна и минусов
вот бы такого, чтоб стал моей новой верою...
жаль, что теперь эти чувства всего лишь вымысел -
переросла, и теперь только слепо требую.

@темы: я, стихи

21:46 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
что сделал ты, чтобы я осталась?
писал стихи и давил на жалость?
ломал меня? я давно сломалась,
ремонту не подлежу,
остатки совести потеряла,
я слишком часто себя равняла
на бесполезных, и жизнь меняла,
запуталась так, что жуть.
и мне бы просто хотелось выжить,
меня не держит ни пол, ни крыша,
и то, что я родилась бесстыжей,
заметит и сатана.
душа нема, а больное тело,
устав от пошлости, догорело,
ведь я - тут просто такое дело -
самой себе не нужна.

@темы: я, стихи

21:32 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Этот проклятый город всегда хорошо горит,
Это души рабов, им свободными здесь не быть...
Я к тебе пробираюсь сквозь камень, бетон, гранит,
Я пытаюсь подняться, забыть, что и мы рабы.
Я вдыхаю пары и держусь из последних сил,
Опираясь на кости друзей и тела врагов,
Я согласна на все, лишь бы ты меня попросил,
Лишь бы ты, повернувшись ко мне, прошептал: "готов".
Этот город... Он как крематорий. На сотни миль
Воздух пахнет войной, обреченностью и огнем.
В этом жаре мы сами становимся не_людьми.
Может, станем свободными снова, когда поймем?
Я так близко стою у костра, что могу простить,
Верить в смерть слишком трудно, узнав что свобода есть.
Мне теперь ничего не мешает тебя любить -
Нас священным огнем очищает несущий крест.

@темы: я, стихи

11:06 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Жизнь не ломается, даже когда обманули,
Даже когда остается любовь без ответа...
Я пролетаю над прошлым со скоростью пули,
Ты пролетаешь над миром со скоростью света.
Мне не догнать тебя, но, уповая на бога,
Я до сих пор на пути и, уверен, на верном -
Знаю, однажды ты встанешь со мной на дорогу
И, сделав круг, несомненно, найдешь меня первой.

@темы: стихи

17:09 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Отчего бы нам, брат, не нажраться? И ну их к черту!
Так чтоб выжгло внутри все до корки - и страх, и печень...
Как давно этот мир стал таким бесконечно черным?
Он, как мы с тобой, брат, перевернут и покалечен -
Посмотри, безысходность и горечь нас окружает,
Всюду ненависть, похоть и стыд, нищета и жалость.
Невозможно понять, что душа все еще живая.
Нам с тобой за победу такая судьба досталась:
Впереди - ничего, позади - только боль и раны.
Помнишь первый закат, что покрылся багряной краской?
Мы тогда еще верили, что помирать нам рано -
Колотили кресты и смотрели на них с опаской,
А теперь я завидую мертвым, стремясь напиться,
Я жалею, что выжил, что с ними тогда не умер,
Чтобы больше не помнить имен, не смотреть на лица
Тех, что нас с тобой, брат, по ночам навещают в бурю.
Я теперь просыпаюсь под крики своей пехоты
И смотрю, как они маршируют сквозь стены комнат,
Я дрожу в лихорадке, постель холодна от пота,
И не вырвать из сердца - они заставляют помнить.
Только в пьяном бреду отключается мозг и нервы,
Я с тоской вспоминаю тебя, мой смешной братишка.
Знаешь, в будущей битве я брошусь в атаку первым.
Одному тяжело быть живым. Я здесь просто лишний.

@темы: я, стихи

17:36 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Пускай тебя терзает злая тьма,
В шальную зиму превращая лето,
Я заберу грехи твои сама
И приведу твои стремленья к свету,

Я вытерплю твою печаль и боль,
Приняв удар на собственные руки,
Чтоб возродить в тебе былой огонь,
Так часто находясь с тобой в разлуке,

Я вызову на бой твоих врагов ,
Не попросив взамен себе награды.
Мне б только знать, что ты всегда здоров
И весел. Больше ничего не надо.

Я едкие обиды злой толпы
И камни острые приму всецело,
Чтоб оставались чистыми черты
Любимого лица, и рук, и тела.

И, если суждено мне пасть, паду,
Чтоб только отогнать твою беду.

@темы: стихи

10:18 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Я не хочу твоей войны -
Безжалостное поле брани,
Где мы друг друга можем ранить,
Я оставляю до весны.

Я не хочу твоей войны -
Ведь, что бы с нами не случалось,
Я слишком часто облачалась
В доспехи проклятой страны.

Я не хочу твоей войны -
От битв не заживают раны,
И, если будем мы на равных,
Я не приму твоей вины.

Я не хочу твоей войны,
Мне не нужны твои награды...
Я натыкаюсь на преграды
Непробиваемой стены.

Я не хочу твоей войны -
У нас ведь будущего нет, и
Зачем теперь искать ответы
Смотреть несбыточные сны?

Я не хочу твоей войны...
Как тени, таем мы солнце,
Над нами прошлое смеется,
Ты видишь, мы обречены.

Скитаться в замках тишины,
Где нет надежды на спасенье.
Господь, пошли благословенье -
Пробей щиты его войны...

@темы: я, стихи

17:25 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Прощаться нелегко, но ты попробуй,
Оставь тревоги на задворках мира.
Я отдаю тебе свои патроны,
Так проще - ненавидеть дезертира.
Я больше не солдат, я тоже трушу,
Поэтому спасать меня не стоит,
Я покидаю вражескую сушу
И направляю корабли на море,
Я убегаю, проклиная бойню,
И больше не стремлюсь к деньгам и славе,
Я забываю, мне почти не больно,
Хотя твой взгляд мои доспехи плавит,
Я без защиты средь мечей и ружей,
Но я должна, и я тебя покину.
Как странно вдруг понять, что ты был нужен
Лишь для того, чтоб прикрывать мне спину,
Чтоб за меня на землю голой грудью
Упасть от страшных яростных ударов.
Я поняла, что скоро нас не будет
Из-за того, что правды было мало.
Мне надоело прятать дрожь за сталью
И на мечи наматывать знамена!
Открой глаза, ведь мы с тобою стали
Почти без душ, без тела, без имен и
Без чести - это самое дурное -
Ведем бои для слабого кумира.
Хватай ружье, стреляй, прощайся с болью...
Так проще - ненавидеть дезертира.

@темы: я, стихи

07:22 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Душа, говоришь, разрывается? Отчего же?
Холодной принцессе не ведомо чувство боли!
Горячие руки я чувствую, но под кожей
Холодная кровь, даже сердце в ней ледяное.
Горячие пальцы так сильно сжимают шею,
Горячим дыханьем меня обжигает ведьма,
Но острые льдинки я вижу в ее душе, и
Она, задыхаясь от гнева, кричит: "Поверь мне!
Исход неизбежен, ты тоже со мной замерзнешь,
Себя не спасешь и меня заодно погубишь,
Вокруг меня всё здесь становится злым и мертвым,
Очнись же. Смотри мне в глаза, не того ты любишь! "
Я, падая наземь, хватаю её за платье,
Пусть ей надоела покорность моя и слабость,
Отталкивает ,обжигаясь, твердит проклятья.
" Скажи, дорогая, тепло ведь еще осталось? "
Пока я могу согревать ледяную душу,
Я не отпущу и не сдамся под лютым словом,
Я все-таки верю, что можно еще разрушить
Сковавшие сердце бездушного льда оковы.

@темы: стихи

19:33 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
В миг, когда годы стремятся к нулю,
Вместо обыденного - "я люблю"
Хочется слышать другие слова:
"Знай, я тебя не предам никогда"

@темы: стихи, я

12:45 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Она была хаосом. Настоящим, пожирающим всё, бесконечным. Вечная и предвечная.
Она была ночью, она была вселенной. Мириады галактик рождались и умирали в ней. Когда она проносилась над миром, она могла охватить его весь. Но этого ей было мало. Уже мало.
Иногда она спускалась на землю, но редко открывала для себя что-нибудь новое.
Она принимала облик женщины. Каждый раз один и тот же. Ей нравилось казаться хрупкой.
А еще ей всегда нравились художники. Их изящные пальцы и аромат краски. Из века в век запах и цвет менялись, становились сочнее и слаще, но что-то всегда оставалось прежним.
Хороших художников было трудно отыскать. Они никогда не продавали свои картины и почти всегда были до безумия бедны.
И она приходила к ним и просила нарисовать её.
Портреты были изумительны. Каждая деталь была безупречна, но мертва. Холодная застывшая красота. А она так хотела, чтобы полотно дышало.
Её оболочка была прекрасна. Но то лишь форма.
А что насчет содержания ? Почему никто не видел её содержания?
_____

В своей маленькой квартирке он еле-еле сводил концы с концами, иногда разгружая портовые суда. Ему не нужна была постоянная работа, ведь у него была страсть. Он хотел только рисовать. На то, чтобы творить, нужно было время, а на то, чем творить, нужны были деньги. Кисти, краска, бумага... О еде он думал в последнюю очередь. Зачем думать о бренных потребностях тела, если душа в смятении?
Он никак не мог найти идеальный сюжет. Вокруг было столько красивого, но всё казалось ему пустым. Каждый раз, рисуя что-нибудь, он думал, что снаружи эта вещь представляет то же, что и внутри. А ему так хотелось видеть больше...
Когда она пришла к нему в первый раз, он решил, что она ошиблась дверью, домом, районом и, возможно, планетой. Настолько она была невероятна, что казалась ненастоящей.
- Вы можете меня нарисовать? - вот так просто сходу спросила она.
Он даже не подумал о том, откуда она может знать, что он художник. Ведь его картины никогда не продавались, друзей у него нет, а те немногие, с кем он общался, были простые рабочие, далекие от искусства. Они приходили и уходили, сменяя лица, но всегда представляли собой одно и то же, так что он даже не утруждал себя в том, чтобы запомнить их имена. Только продавец магазина мог знать, что он рисует. И то он так редко приходил туда из-за нехватки денег, что тот наверняка его не помнил.
А она знала.
Но это было неважно. Она пленяла и развязывала язык. Пальцы его непроизвольно потянулись к палитре, и художник просто ответил:
- Да.
Она прошла в серую маленькую комнату, сплошь заставленную мольбертами. Он собирал их сам из обломков выкинутых кем-то стульев и оконных рам. Натянутое на них полотно выглядело комично, но держалось прочно.
Половина картин были незавершенными, но она видела их целиком, и то, что она видела, вполне устраивало её. "Он прекрасно копирует форму", - думала она и тяжело вздыхала. Она посмотрела на его руки. Пальцы были слишком грубы, под ногтями отчетливо была видна краска, которая уже не отмывалась. "Профессиональное", - подумала она и втянула носом воздух. Запах, как всегда, не разочаровал её.
- У вас даже нет стульев, - невзначай заметила она, озираясь.
- Да, я прошу прощения, но я ведь вас не ждал, - проговорил он, потупившись в пол и перебирая кисти.
- В таком случае, куда мне встать? У окна, возможно, чтобы свет лучше падал?
- В вашем присутствии нет необходимости. Я уже все запомнил.
Такое с ней было впервые. Что значит - нет необходимости?
Она была в растерянности. Привыкшая столько лет позировать, она вполне могла застыть на несколько часов ради того, чтобы разочароваться в очередной раз. Некоторые умудрялись рисовать её быстро, а иным приходилось тратить несколько дней на один портрет, но независимо от этого каждый художник жадно впитывал её внешность, цепляясь глазами за каждый незначительный кусочек и переводя его на холст. Никто прежде не выгоняли её.
- Вы можете прийти завтра.
Его голос вернул её из раздумий. "Завтра? А сейчас что мне делать? ", - думала она, но вслух спросила:
- Во сколько?
- Во сколько вам будет угодно. Я буду рисовать вас ночью.
Это уже переходило все границы. Как можно рисовать без света? Может, у него и была фотографическая память, но ведь правильное освещение - это обязательный атрибут художника.
Решив, что он просто издевается, она повернулась и молча вышла.
_____

До этого, позируя, она никогда не имела возможности наблюдать за тем, как её рисуют. Ей было интересно, но она списывала это все на женское любопытство, присущее принятому облику, ведь технику рисования она прекрасно представляла сама. Ничего примечательного в том не было. Нужна только практика. Но сама она никогда не брала в руки кисть.
Мир был её творением. Всё, кроме людей. И ей всегда казалось, что люди - лишь красивые фасады, что они обманываются в своей уникальности. Для нее они были лишь клонами друг друга, проекциями своего времени, затянутыми в петли общества. Были среди них и таланты, но каждый из них копировал, а не создавал. Все, что делали когда-либо люди, было лишь подобием того, что уже существовало. Оно обитало вокруг, неслышно вторгаясь в их разум - музыка, живопись, проза. Даже изобретение чего-то было заложено в них изначально.
Ей было интересно, что сделает он. Рожденный художником, он, наверняка, сделает те же ошибки, что и предыдущие творцы.
Сначала она хотела спуститься к его окну, но не решилась. Его творчество было таинством для нее, и ей не хотелось разочаровываться, видя, как художник выводит плавные линии её лица точно так же, как это делали сотни других до него. Пусть разочарование придет только утром, а пока можно полелеять эту удивительную загадку.
Хоть на одну ночь она решила позволить себе побыть заинтригованной, помечтать. Она вытаскивала из головы, будто из волшебной шляпы, воспоминания их встречи, неосознанно перебирая отпечатавшиеся в памяти, как на фотопленке, образы старой квартирки, мольбертов и тонких иссеченных пальцев. "Грубые руки для художника, даже слишком", - думала она и представляла снова и снова, как он потирает ладони, берет кисть и...
Так незаметно прошла ночь. Разозлившись на себя к утру, она поняла, что он не идет у нее из головы. Она даже поймала себя на мысли, что ей хотелось бы позировать ему по-настоящему. Она хотела, чтобы этот странный мужчина смотрел на нее. И это удивило её и испугало.
Раньше она просто скучала, стоя или сидя перед художником в ожидании картины, а сейчас внутри что-то неуловимо взбунтовалось. Ей хотелось сорваться с первыми лучами солнца, но она понимала, что это невежливо. Где-то в глубине души она даже надеялась на то, что он ничего не нарисовал, иначе волшебство момента будет нарушено. Ей хотелось бы еще одну ночь потратить на то, чтобы представлять себе его руки, трудящиеся над холстом. Это ощущение было ново для нее, и она всеми силами желала его понять.
_____

Чтобы не показаться бестактной, она пришла к нему в то же время, что и вчера.
А он как будто забыл о ней. Открывая дверь, он выказал неподдельное удивление.
- Я вас не узнал, - сказал он, чем огорошил посетительницу с порога.
Это должно быть шуткой? Все были настолько увлечены её внешностью, что, напротив, запоминали ее в мельчайших подробностях. А он не узнал?
- Но ведь вы всю ночь должны были рисовать меня.
- Так и было, - подтвердил он, поднимая ткань. - Я рисовал.
Картина предстала перед ней во всей своей безоговорочной полноте. Но это была не она.
- Что это?
- Это вы, - искренне произнес он и, посмотрев ей прямо в глаза, добавил: - Я так вижу.
Она ожидала чего угодно, кроме этого.
На картине было изображено звездное небо. Темное и мрачное, оно затягивало, как черная дыра умершей звезды, и рассыпалось тысячей алмазных бликов. А в центре полотна были глаза. Но не её голубые, которые она показывала людям, а красно-черные, настоящие глаза хаоса, глаза древних, глаза самого мира. Если бы у нее были глаза, то они были бы именно такими.
- Разве я так выгляжу? - медленно произнесла она, не в силах отвести взгляд от шедевра.
- Для меня - да, - ответил художник, разминая пальцы.
- Но ведь я видела ваши работы, - начала она, отходя к двери, - вы так хорошо передаете форму...
- Если вам нужна форма, - перебил он, резко вскинув голову, - то вы не к тому обратились. Вы ведь не пустой фантик. Я увидел в вас содержание.
Она посмотрела на него в надежде узреть что-нибудь, что отличало бы его от остальных. Какой-нибудь неземной свет или, возможно, волны тепла, исходящие от тела, хоть какие-нибудь доказательства чуда. Но не нашла ничего. Он был обычным человеком, но она не могла понять его, прочитать, как остальных. Другие художники рисовали её тело, движимые похотью, страстью, желанием обладать ей хотя бы на картине, задержать частичку необыкновенной женщины, позволить мгновению застыть до того, как она закроет двери.
А он просто видел то, что было внутри. Он не пожирал её глазами, как это делали остальные. Он вообще старался не смотреть на нее. Что за нелепая привычка - закрывать глаза? Но, тем не менее, он видел.
Она не знала, как следует на такое реагировать, и просто вышла за дверь.
А он молча закрыл картину тканью и поставил в угол.
_____

На следующий день она пришла к нему снова и попросила, чтобы он нарисовал ее... А потом ещё раз... И ещё...
Она знала, что он состарится и умрет.
В конце концов, чем он отличался от других людей? Такой же слабый, такой же простой, такой же...
Но до тех пор, пока его руки могли держать кисть, она хотела быть рядом. Ей не нужно было говорить с ним, касаться его. Она только хотела видеть, как он водит кистью по бумаге, как его руки рождают ночь раз за разом.
Она приносила ему новые краски и кисти, он благодарил её и начинал работу над новым шедевром, которому никогда не суждено было радовать глаз простых смертных. Но ему этого было и не нужно, достаточно уже того, что таинственная гостья видела это. Ведь он творил только для нее.
Он не знал её имени, не знал откуда она появилась, и не ждал ее снова, каждый раз прощаясь, как в последний. Он боялся, что, если бы он попытался к ней прикоснуться или заговорить с ней, она бы растаяла в тот же миг. В тайне, он надеялся, что она больше не придет, потому что она затягивала его, как бесконечная бездна. Он все ждал и ждал, когда же наступит тот день. День, когда она не вернется.
И, когда годы стали брать свое, а она все еще возвращалась, не меняясь ни капли, он по-прежнему разминал свои пальцы и тренировался не ронять карандаши, чтобы запечатлеть неувядающую вечность.
Только спустя много лет он позволил себе закрывать итак уже почти ничего не видящие глаза и рисовать её тело, этот красивый фантик, потому что она попросила. Рисовать по памяти, безошибочно выводя каждый кусочек её совершенной формы.
Она не покинула его и тогда, когда руки перестали его слушаться. Она сидела рядом с ним, молодая и красивая, и массировала непослушные фаланги. И, когда пришло время прощаться, она собрала все его картины и сожгла их, оставив самую первую.
Она так и не узнала, как его звали, и уже почти не помнила его лица, но и через сотни лет она воскрешала в памяти его руки, такие грубые для художника, и испещренные сотней морщинок пальцы, заляпанные навсегда в черной краске бесконечной ночи.

@темы: проза

15:08 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Господи, мне бы слушать тебя и слушать
Голос твой будто мысли мне растворяет,
Он проникает, словно молитва, в душу,
Мир замедляется, время в нем замирает.
Голос... Еще ничто меня не цепляло
Так до безумия, так до вселенской муки,
Зря я тебя глазами всегда искала -
Мне не нужны твои волосы, губы, руки.
Только твой голос! Не замолкай беспечно -
Каждое слово твое мне, как аллилуйя,
Как бы хотелось слушать и слушать вечно,
Не помышляя даже о поцелуе.
Нет, мне не нужно сейчас твоего тела,
Нет, мне не важно, чтоб ты меня знал, видел...
Я от тебя попросить лишь одно смела -
Слышать, как ты мое произносишь имя.

@темы: я, стихи, sad_Kit

19:19 

Зеркало

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Если бы меня спросили, в какой день это началось, я бы не смог ответить. Но если бы спросили, с чего все началось, я бы был абсолютно точен, ибо началось все с зеркала.
На самом деле все было достаточно просто и прозаично. Никакой мистификации или странной потусторонней чуши. Просто зеркало выбросили на помойку. Так часто бывает, и вероятно, только моя непонятная странность – присматриваться к отражающим предметам – повлияла на то, что это зеркало было мной зафиксировано.
Сразу стоит заметить, что в детстве меня никто не оставлял одного в темной зеркальной комнате, чтобы я потерялся в своих отражениях, как это произошло с одним известным мальчиком. Бедняга сошел с ума. Но не будем об этом, история стара, как мир. У меня не было ни братьев, ни сестер, которые издевались бы надо мной как-то при помощи зеркала. Фильмы ужасов, в которых этот предмет интерьера представал, как демонское отродье, не сильно меня пугали, так как я понимал, что это лишь фильмы, а истории – всего лишь истории.
Но в моем доме было всего одно зеркало. И мне этого было более чем достаточно.
читать дальше

@темы: мои жуткие творения

20:00 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
20:29 

МКБ_10 Прекрасное

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
да, но любить живую всегда легко, и
кажется, это даже не слишком больно.
отклик и отзыв, лилии и левкои,
милая, ты довольна?
да, я любил живую, люблю и помню
ныне, но это вроде открытой раны,
moriar? разумеется, sed non omnis.
милая, слишком рано.
да, но любить живую... любить? живую?
как это, добрый господи, кто мне скажет?
что-то растет, пробившись сквозь мостовую
из пересохших скважин,
что-то врастает в душу гвоздем в ладони,
странная блажь (надрежу и освежую):
разве тому, кто умер и похоронен,
можно любить живую?

@темы: стихи не мои

17:20 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
Ему незачем больше меня терпеть-
Он прекрасно справлялся и без меня.
И на сколько он мой? Может, лишь на треть,
Ну а я, безголовый, всего себя
Подарил. Что за дерзость? Нет, что за чушь!
Как я мог так наивно играть с судьбой?
Среди тысячи грязных и глупых душ
Я зачем-то погнался за чистотой!
Я зачем-то противника захотел,
Да такого, что смог бы меня сразить,
Только я, вот беда, не предусмотрел,
Что могу его яростно полюбить.
Только я, вот ведь ужас, сходил с ума,
Ненавидел так сильно, что не дышал.
Мне назначена домом его тюрьма,
И беснуется в ней не его душа,
А моя. Бьется птицей в стальных тисках,
Отчего-то задумала вновь летать.
Как я мог, распознав пустоту в висках,
Свое черное сердце ему отдать?
И кому? Видит дьявол, ведь он так слаб -
Он всего лишь дитя, человек, примат.
Только в синих глазах ледяная мгла,
Будто он мне поставил и шах и мат,
Мою волю согнул, приказав мне быть
Его жалким слугой. Мне! И тьме внутри!
Как, о дьявол, я смог наглеца любить?
Да так сильно, что даже нутро горит,
Да так сильно, что даже готов упасть
И бездумно по трупам его ступать.
Слыша каждый нелепый его приказ,
Я бегу с дикой радостью выполнять,
Я как раб, видит дьявол, нет, я как пес,
Что хозяину лижет всегда лицо.
Утыкая в ладони холодный нос,
Я надеюсь очнуться перед юнцом,
Так, чтоб он без притворства в меня смотрел,
Чтобы руку мальчишескую подал,
Чтобы видел, как я для него горел,
Чтобы понял, как я за него страдал,
Чтобы верил, и чтобы не сожалел,
И не начал молиться чужим богам,
Чтоб запомнил, что это его удел -
Я уже никому его не отдам

@темы: стихи, я

21:14 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...
В час безмолвный души не видно, только тени сквозят над ночью,
Опьяненные чьей-то болью, и скрываются под столбы.
Мы с тобой без ружья и лука на охоту выходим молча,
Засучив рукава в надежде и с ботинок стирая пыль,
Я тебя пропускаю первым, поводырь мой, моя охрана,
(Ты почувствуешь нечисть сердцем и укажешь нам верный путь)
Лишь недавно пробила полночь, понимаю, что слишком рано,
Но уже не могу помедлить, убеждаясь, что не заснуть -
Души воют во тьме истошно, и садятся на половицы,
Пробираются в сны прохожим, совершая дурной обряд.
Я иду прогонять их с боем, прижимая к груди страницы
Старой книги, что мне открыла, как загнать этих тварей в ад.
Я шепчу имена, и знаки на безгрешной земле рисую.
Собирайтесь ко мне, смелее, подходите, обед готов!
Я снимаю с себя рубаху, предлагаю себя живую,
Обнажаю свой страх для духов - бестелесных моих врагов.
Собираются в круг, и шепчут, и спешат оказаться ближе,
И уже даже тянут руки, предвкушая роскошный пир,
Я шепчу заговоры жадно и, впиваясь глазами, вижу,
Как крушит этих подлых тварей мой учитель, нет, мой кумир.
Он на фоне луны прекрасен, и в глазах его видно что-то,
Что меня навсегда удержит и заставит ему служить,
Я для этого каждой ночью вывожу его на охоту,
Чтобы он, пожирая души, продолжал для меня творить.
Я люблю его, как и раньше, как и тысячу прежних вёсен,
Мы друг другу свои обеты повторяем по сотне раз.
Да я знаю, что временами он бывает совсем несносен,
Только я, как солдат, исполню каждый глупый его приказ.

@темы: стихи, я

20:26 

- Вылечилась? - Да. - Отчего лечилась-то так долго? - От людей...

Something

главная